Портал городских новостей

Дмитрий Певцов: «Артистов - как грязи, а художников с большой буквы - единицы»

16:47 17 мая 2017 1
Дмитрий Певцов на традиционном сборе труппы Московского театра "Современник" перед началом нового сезона

Дмитрий Певцов на традиционном сборе труппы Московского театра "Современник" перед началом нового сезона
Фото: Сергей Пятаков/РИА Новости

Народный артист России и его жена, Народная артистка России Ольга Дроздова, выпускают свой первый актерский курс в Институте современного искусства (ИСИ). ВУЗ отмечает 25-летие со дня основания серией концертов, праздников, премьер на площадках столицы.

 Курс Ольги и Дмитрия «Певчие Дрозды» принимает участие во многих торжествах ИСИ и готовится к гастролям и к новым премьерам. Дмитрий Певцов в интервью «Вечерней Москве» на основании своего опыта делится размышлениями о театре, воспитании, любви.

- Дмитрий Анатольевич, существует мнение, что на актерские факультеты в негосударственные вузы поступают отвергнутые "Щукой", "Щепкой", ГИТИСом, Школой-студии МХАТ, ВГИКом. Как вы охарактеризуете сам процесс поступления в театральные институты? Говорят, что во многом – это лотерея, случай?

- Поступление в театральные вузы – лотерея, зависящая от комплекса факторов; начиная от личности и пристрастий педагога, заканчивая цветом волос абитуриента. Если взять десять одинаково талантливых ребят - выберут тех, кто... просто больше понравился. Не последнюю роль в том, кого взять на курс, играет будущий спектакль, под который подбирают исполнителей. На конкурсе остаются талантливые абитуриенты, прошедшие много творческих испытаний, и которые могут быть в профессии, но кто из них будет учиться, - во многом зависит от вкусов и пристрастий мастера.

- Были и есть мастера, способные среди толпы увидеть будущую звезду. Возможно, и у вас есть дар вычисления потенциальных гениев сцены?

- Я педагог начинающий, и могу ошибаться, но... Первое, на что обращаю внимание при отборе – это обаяние абитуриента. Наше дело, как минимум, требует харизмы и притягивания внимания. За харизмой должен стоять талант, который я пытаюсь увидеть. Талант или драматический, или комический, или характерный. Это может быть совокупность талантов.

Для меня крайне важна человеческая составляющая. Бывает, что вроде бы у молодого человека все есть – и обаяние, и талант, но что-то вызывает отторжение. Были случаи, когда интуиция подсказывала мне: «Не надо брать этого, ну, не наш человек». Но из-за одаренности мы таких брали, а потом они по разным причинам «пропадали». Для меня человеческая составляющая даже важнее, чем актерский талант. При напряженной и стабильной работе в институте студент способен «прыгнуть выше головы». Для студии , созданной на основе курса, прежде всего важна команда, и поэтому я отдаю предпочтение человеческим качествам. Лучше я избавлюсь от талантливого разрушителя и поставлю на его место более слабого по-актерски, но с хорошими личностными качествами человека. Он подтянется в совместном процессе овладения профессией.

- Дмитрий Анатольевич, в юности вы серьезно занимались спортом. Ваши родители – тоже из мира спорта. Что вас привело в ГИТИС?

- Стечение обстоятельств. Что-то такое совпало, была внутренняя расположенность, и я решил попробовать. Видимо, звезды толкнули меня в театральный институт. Хотя об актерской профессии судил только по экрану и видел лишь внешнюю сторону: известность, успех...

- У вас много талантов и способностей, и вы наверняка добились бы успеха и в другой профессии. Не жалели о своем выборе?

- Никогда. Вряд ли бы я состоялся в другой профессии. Сейчас понимаю это не только головой, но и всем организмом.

 

Театральный центр на Страстном
Обучение молодых людей актерской профессии оказалось для Дмитрия Певцова интересным, радостным, трудным и совершенно непредсказуемым делом

- Знаменитый режиссер Андрей Кончаловский считает, что «актерская профессия – не мужская, и все актеры – невесты». Вы не похожи на мужчину, который думает о том, чтобы понравится.

- Не считаю себя «настоящим актером». Желание нравиться – одна из составляющих профессии, и с этим никуда не деться. Когда желание нравиться со сцены переходит в жизнь, появляется «артист артистыч». Я это очень не люблю, и в себе тоже. Театр – это моя работа, а в жизни должно оставаться нормальным мужчиной.

- Вы создали театр со своим курсом. Сложно ли в Москве организовать небольшой театр, в который пойдет публика? Разумеется, с учетом вашего имени и профессионализма?

- Трудно. Создать в Москве новый театр (если речь не идет об антрепризе) - проблема из проблем. Начиная с самой примитивной – где хранить декорации и костюмы, заканчивая арендой. И еще больший вопрос – как заманить зрителей, чтобы они купили билеты? Много вопросов. Мы решились на его создание, не понимая, что нас ждет. Но был и есть стимул – дети (так называем наших студентов), в которых мы влюблены.

- Не уверены, что ваших выпускников могут взять в ведущие театры Москвы?

- Могут взять. Некоторых, но... Мы с Ольгой понимаем, что несмотря на то, что у нас есть дети действительно талантливые, в одиночку они потеряются, растворятся в московских театрах. А вместе на сцене, они – сила, это подтверждают все, кто видел спектакли курса. Поэтому пробуем наш курс сохранить. Крыша для театра потихоньку появится – уже есть предложения. Нам необходим репертуар, который мы сейчас создаем. Уже есть уже шесть спектаклей, и еще два — на подходе. Начинаем уже играть на сцене вместе. Чем больше спектаклей, тем будет проще создавать полноценный театр.

- Ваши ученики такие же универсальные актеры, как и вы с Ольгой? Хорошо поют, танцуют, владеют различными актерскими техниками?

- Когда мы набирали учеников, не было мыслей о театре, и, если честно, большого внимания ни пластике, ни вокалу не уделяли. Сейчас об этом жалеем. У нас появились музыкальные спектакли. Пришлось усиленно заниматься вокалом. Мы притащили в ИСИ своих педагогов по пластике. И сейчас на Международном конкурсе по сценическому фехтованию имени Николая Карпова «Серебряная шпага» наши ученики получили приз от гильдии каскадеров России за «Лучший трюк». Современный театр требует универсальных артистов, умеющих одинаково хорошо петь, двигаться, играть, и даже делать трюки.

 

Театральный центр на Страстном
Управлять своей психикой - неотъемлемая составляющая профессии актера, считает Дмитрий Певцов

- Занимались ли вы с актерами укреплением психики, чтобы была устойчивость от стрессов? Не секрет, что актеры – люди тонкие, ранимые, и болезненно реагируют на неудачи.

- Управлять своей психикой - неотъемлемая составляющая профессии актера. Если актер не контролирует свои эмоции, ему нужно идти к психиатру, а не на сцену. Да, актер должен быть тем, кого он играет, но при этом стопроцентно контролировать процесс. Этому на курсе тоже обучаем.

- Ваша жена Ольга Дроздова выступает в качестве режиссера. Каким образом в ней проснулся режиссер? Как бы вы определили, охарактеризовали профессию режиссера? Что вам мешает быть режиссером?

- Все мои последние работы, как в театре, так и в кино, были срежиссированы Ольгой, кроме роли в «Опричнике» пожалуй. Например, в фильме «Снайпер. Оружие возмездия» Ольга придумала финальную сцену для моего героя. А с детьми ее режиссерский талант, наконец, получил приложение. Думаю, талант режиссера можно сравнить с ремеслом скульптора. Скульптор видит то, что от камня нужно отсечь, а что оставить. А режиссер должен избавить артиста от лишнего и дать ему то, что необходимо для роли. А потом собрать из «слепленных» им артистов (декораций, музыки и многого другого) спектакль.

- Дмитрий, вам с режиссерами повезло. На сцене начинали с Анатолием Эфросом, а в кино с Татьяной Лиозновой. Возможно, вы сами выбирали себе режиссеров? Или подобное притягивается к подобному?

- Да, мне очень везло с режиссерами. Прямо из института я попал к Эфросу, потом к Виктюку, к Панфилову, потом к Захарову. Сейчас понимаю, какое это везение, когда один мастер передает тебя, как говорится, из рук в руки другому мастеру. Видимо, я – везунчик по жизни?! Специально ничего не делал. Господь дал мне такую дорогу.

- Почему Глеб Панфилов не взял вас в свой новый спектакль «Аудиенция», который идет на сцене Театра Наций? Он ведь приглашал вас в каждую свою работу?

- Хороший вопрос, но не ко мне. Возможно, для меня не было роли в «Аудиенции»? Зато Глеб Анатольевич взял на роль Черчилля моего друга, прекрасного артиста Михаила Горевого. Миша позвонил мне, счастливый-счастливый, и поделился этой новостью. Мы с ним шутим, я – народный артист, а Горевой – международный. Он снимался у самого Спилберга.

- Зато Марк Захаров дал вам роль государя Платона Николаевича в своем новом спектакле «День Опричника» по романам Владимира Сорокина. Расскажите, пожалуйста, об этой работе..

- Для меня «Опричник», и сам спектакль, и моя роль - радость. Особенно после 15-летнего перерыва в работе с Марком Анатольевичем. Наш худрук сделал молодой, хулиганский спектакль, с юмором, задором, я — в восторге.

ИЗ ЛИЧНОГО АРХИВА
Репетиция спектакля студентов Дмитрия Певцова


- Еще несколько лет назад театра «Ленком» был самым знаменитым, любимым, лучшим из лучших. Сегодня у Ленкома есть сильные конкуренты. Как вы думаете, что должен предпринять «Ленком», чтобы вернуть свое лидерство на столичном театральном Олимпе?

- Конкуренты у «Ленкома» были всегда, а он по-прежнему любимый и лучший. Да и как можно сравнивать: какой режиссер более талантлив: Туминас, Захаров, Женовач, Любимов? Разные эпохи, мировоззрения, школы, методы — разные таланты! Вообще, устраивать соревнования между театрами вряд ли правильно. Безусловно, у каждого театра есть взлеты и падения, и это объективная вещь. В течение нескольких лет в «Ленкоме» не стало Янковского, Леонова, Абдулова, Шенциса, Горина, Пельтцер... Каранченцов, к сожалению, не играет... А это те, кто строил и на ком держался наш театр. Это все равно, что вырвать куски из живого тела, восполнить такие утраты невозможно. Тем не менее, «Ленком» жив, на плаву, и с громкими премьерами.

- Как вы относитесь к оригинальным, авангардным постановкам классики? Когда от первоисточника мало что остается.

- Западный театр давно переболел таким явлением, как постмодернизм. Сейчас оно к нам «переехало». Надеюсь, на время. Когда этим занимаются большие художники, бывает интересно. А когда режиссер с помощью артистов выворачивает на сцене свои психо-сексуальные комплексы и недуги - это печально и никакого отношения к искусству не имеет. Популярное утверждение, что якобы «нет критериев, по которым можно ценить произведение искусства», - ложь. Оценивать нужно по тому, сколько любви, добра, света, радости, надежды вынесет человек, который посмотрит спектакль, фильм, выставку... Для меня это критерии. Если ничего кроме ненависти, самовыражения, демонстрации своих комплексов этот продукт не несет, для меня он не является предметом искусства.

- Какие главные качества должны быть у артиста?

- Любить надо то, к чему ты призван, и любить тех, кому рассказываешь. Если нет любви к делу, которым занимаешься, и к зрителям, пришедшим на твое дело, тогда не нужно выходить на сцену. Многие думают, что зрителя можно обмануть. Можно, но... Почему есть любимые артисты, такие как Евгений Леонов, Анатолий Папанов, Татьяна Пельтцер, Андрей Миронов... А есть огромное количество известных, даже популярных, к которым зрители равнодушны? Есть душевное тепло, которое передается через любые роли, и люди чувствуют это тепло и ищут его, и получают его от тех, кого любят. Артистов - как грязи, а художников с большой буквы и людей с большой буквы – единицы.

- Вы перечислили кумиров, которых с нами, увы, нет. Не кажется ли вам, что сегодня актеров народ любит не так, как раньше?

- Согласен, не так. Актерская профессия девальвировалась. Раньше мир театра, кино был миром «небожителей», в котором жили особенной необычной жизнью. Сейчас такого мира нет, а известного артиста можно запросто пригласить тамадой на свадьбу сына или дочки (если деньги есть, конечно). Раньше такое было трудно представить.

- Какие эмоции, чувства вы получаете от своих учеников?

- Я не считаю своей заслугой то, что у меня ученики. Господь поставил меня в это место, мы имеем группу детей, от которых больная голова, проблемы, но при этом столько радости, и радости особой, которой я ни разу не испытывал за свои пятьдесят с лишним лет. При этом понимаю, что не я их родил, не я вдохнул в них талант, а Бог поставил меня рядышком с ними, чтобы помочь, направить, поделиться. Но я не один – у нас целая команда. А Ольга Дроздова – капитан нашего корабля, а я хорошо чувствую себя боцманом или штурманом. Надеюсь, наши ученики со временем тоже станут капитанами.

- Где вы сейчас снимаетесь, репетируете?

- 2 июня премьера спектакля «НЕЧУВСТВИЕ» по «Трем сестрам» в постановке Ольги Дроздовой в Театральном Центре на Страстном. Играю вместе со студентами, досталась роль Чебутыкина. В кино начну сниматься через месяц - понравились и сценарий, и режиссер, и команда. Действие будущей картины происходит 8, 9, 10 мая 1945 года. Очень хорошая история – непредсказуемая, и есть что играть.

- Дмитрий Анатольевич, вы умеете любить, что в наше время является редкостью. Как вы поняли, что такое любовь, что нужно для того, чтобы любовь не уходила?

- Любовь – это работа и, прежде всего, над самим собой. К счастью, в определенный момент свой жизни я это понял. Любовь — это на 98 процентов смирение, терпение, служение и 2 процента радости и счастья. Когда поймешь это и работаешь в нужном направлении, Господь сохраняет то счастье, что тебе даровал.

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ

Дмитрий Певцов: Я бы с радостью путешествовал вместе с апостолами

В пятницу, 5 мая, в Театральном Центре на Страстном выпускники актерского курса Института современного искусства представили на суд публики дипломный спектакль «В этом милом старом доме».

Руководитель курса народный артист России Дмитрий Певцов рассказал корреспонденту «Вечерней Москвы» о своих учениках(далее..)

Персоны:

Новости СМИ2

Загрузка формы комментариев

РИА Новости

Новости Финам

Новости партнеров